РВК в экосистеме венчурного инвестирования

 
 
19.01.2010

Модератор

Игорь Агамирзян – Генеральный директор, ОАО «Российская Венчурная Компания»

Участники

Сергей Ромашов – Управляющий директор, ЗАО «ВТБ Управление активами»
Андрей Введенский – Директор по развитию, ОАО «Российская Венчурная Компания»
Эдуард Фияксель – Президент, Ассоциация бизнес-ангелов «Стартовые инвестиции»
Ян Рязанцев – Директор по инвестициям, ОАО «Российская Венчурная Компания»

Фотоматериалы

Агамирзян. Я думаю, все присутствующие здесь знают и понимают, что такое Российская Венчурная Компания. Мы были созданы уже три года назад как один из институтов развития Российской Федерации, который должен играть роль фонда фондов, обеспечивая развитие в нашей стране рынка венчурных инвестиций в технологические инновационные проекты.

Я возглавил компанию в мае, меньше чем полгода назад, и первым действием после моего прихода было то, что мы устроили двухнедельную сессию такого внутреннего «брэйншторминга» и сформулировали для себя свое представление о стратегии, о том, чем реально должна заниматься компания помимо выполнения непосредственных функций фонда фондов и обеспечения капиталом. В июне, во время Санкт-Петербургского Экономического Форума, на совете директоров были утверждены основные положения стратегии, в соответствии с которыми мы с тех пор живем и работаем. А в течение прошедшего с июня периода мы разрабатывали новые программы, более детальную стратегию.

Как раз сегодня утром здесь перед открытием Венчурного Форума и Венчурной Ярмарки состоялся совет директоров РВК. И основным вопросом была именно стратегия Российской Венчурной Компании. Мы ее определили для себя на уровне не только направлений, но и конкретных программ, которые мы должны реализовывать. И я думаю, что сегодня у нас есть возможность про это рассказать.

Я хотел бы начать с того, чтобы спросить представителей фондов, работающих с участием РВК, а чего, собственно, вы бы от нас хотели? Хотели в момент создания фонда, хотите сейчас, и будете хотеть в будущем? Дискуссия совершенно открытая, поэтому если есть желание на эту тему высказаться, я очень и очень это приветствую. Я попрошу Сергея Львовича в достаточно короткой форме сформулировать, что он – как представитель первого фонда, созданного с участием РВК, которому уже два года, – хотел от РВК в момент, когда фонд создавался, и что он хочет от РВК сегодня. Два года – это время, которое дает право сказать, что какой-то опыт получен. И как он представляет себе, что нужно будет от РВК фондам и представителям венчурной индустрии в дальнейшем. Пожалуйста.

Ромашов. Наверное, ожидания совпадают с инвестиционным циклом, который переживает управляющая компания. Это доинвестиционный цикл – поиск и нахождение правильных компаний, качественных компаний, интересных компаний; период инвестиций; период постинвестиционной жизни с портфелем фонда и выход из компании. Период, в котором находится сегодня управляющая компания нашего фонда, наверное, между первым, вторым, третьим с прицелом на четвертый. То есть, мы уже по ряду компаний думаем о вариантах выхода. Соответственно, РВК для нас является ключевым инвестором, «фондосистемным» инвестором, который помогает нам в прохождении всех этих циклов.

Ожидания на самом старте, наверное, были. Какая-то помощь в нахождении правильных, отчасти нужных государству проектов, открытие подотраслей и направлений инвестирования. Это было ожидание первого этапа, потому что венчурная отрасль только создавалась и ориентиров никаких не было, кроме как некий виртуальный опыт Силиконовой Долины, который можно было бы попробовать перенести на Россию, без учета специфики, как формировалась эта инвестиционная площадка вообще. На втором этапе, после проведения наших инвестиций, у нас сформировалась некая модель отношений с РВК по отбору проектов, по экспертизе по проектам. И в конечном итоге в команде Российской Венчурной Компании стала формироваться также некая идеология инвестирования, и диалог наш становился более зрелым и осознанным.

Дальше – этап постинвестиционного сопровождения. К сожалению, мы переживаем этот кризисный год достаточно сложно, у нас в портфеле сегодня есть 14 компаний, которые можно условно разделить на три категории. Прежде всего это компании, которые мы называем «звездные», и которые, по-любому, должны прорваться к рынкам и доказать состоятельность нас как управляющих. Есть «компании-середнячки», в которых мы не до конца уверены, что у них получится, но тем не менее определенный резерв фонда держим. И есть компании, которые не справляются с теми задачами, которые они показывали нам в начале инвестиций. На этом этапе РВК достаточно активно помогает нам – уже намного более зрелым образом – в структурировании отношений этих компаний с рынками и внутри себя, путем определенных грамотных подсказок по созданию неких вариантов выхода из кризиса или нахождения вариантов для дальнейшего развития компании.

Если говорить об ожиданиях на будущее – для нас это ожидание выходов. Все сегодня знают, что РВК активно включена в процесс создания посевного фонда, и вообще системного отношения к посевным инвестициям. Эта часть интересна для нас, и продолжает быть интересной. Но для нас также интересны и «экзиты», то есть куда выходить, как выходить, более поздние фонды, и мы охотно инициируем в РВК разговоры по поводу создания фондов поздних инвестиций в технологии. Также интересны были варианты, может или не может РВК предоставлять некое кредитное плечо компаниям, по аналогии с Роснано, предлагающей своим компаниям инвестиции в акционерный капитал и долговое финансирование, которое сегодня на рынках высоко конкурентно и привлекательно для компаний. Ну вот, если вкратце, то так.

Агамирзян. Спасибо. Может быть, кто-то еще из председателей фондов, которые находятся в зале, захочет высказаться? Прежде чем передать слово Яну Владимировичу, нашему директору по инвестициям, я, со своей стороны, хочу добавить, что, несмотря на то, что создание РВК, как мне представляется, было очень правильным и дальновидным шагом со стороны российского руководства, в тот момент была допущена некая системная ошибка, легко объяснимая именно в силу того, что не было совсем никакого опыта в этой деятельности на рынке.

Три года назад, когда принималось решение о создании Российской Венчурной Компании, казалось, что системной проблемой является нехватка денег, что достаточно на этот рынок дать денег и все само собой заработает. Практика показала, что это не так, потому что на этом рынке в нашей стране, в наших условиях, не только, а может быть даже и не столько, денег не хватает, не хватает экспертизы, опыта. Знаете, существует такой замечательный термин «smart money» – умные деньги. Когда РВК создавалась, не был предусмотрен вот этот смарт-компонент, компания виделась как большой денежный мешок, который сейчас раздаст частным инвесторам под управление достаточно большие государственные средства, а дальше все будет просто как в сказке.

На практике получилось, что это не так. За время работы компании в результате двух конкурсных отборов были сформированы семь венчурных фондов, с совокупным капиталом почти 20 миллиардов рублей, составляющим, я думаю, больше половины всей венчурной индустрии в нашей стране, т. е. наши фонды с участием РВК сегодня самые крупные. Однако инфраструктура оказалась недостаточной и мало приспособленной для проведения венчурных инвестиций, выращивания инновационных компаний. И, конечно же, огромный провал с экспертизой, со смарт-компонентом венчурных инвестиций.

Венчурный капиталист, приходя в какой-то проект, в портфельную компанию, инициируя создание компании зачастую на стадии бизнес-ангельских или посевных инвестиций, привносит не столько деньги, сколько свое понимание рынка, позиционирование продукта, того, как компания должна развиваться для достижения эффективной работы. И, собственно, опыт венчурного капиталиста, опыт венчурного специалиста из известного крупного венчурного фонда – это самое дорогое, что он дает компании, а вовсе не деньги. Деньги являются условием необходимым, но абсолютно недостаточным.

Поэтому очень существенный компонент стратегии Российской Венчурной Компании в новой, меняющейся обстановке, уже на основе приобретенного за эти два года работы опыта – это направление по развитию всей инфраструктуры, необходимой для работы рынка венчурных инвестиций, с особым фокусом на экспертизу, на построение экспертного сообщества, причем не технологического, а именно бизнес–экспертизы. Мы называем это «технологической бизнес-экспертизой», в смысле того, как делать бизнес в технологических предприятиях.
Сказав это, я предоставляю слово Яну Владимировичу; я думаю, что он расскажет и о направлениях по инвестиционному развитию, и все, что он захочет, по созданию инфраструктуры всего этого сообщества, «экосистемы», как мы ее называем.

Рязанцев. Я бы хотел начать с того, чего я опасаюсь, будучи непосредственно вовлеченным вместе с Игорем Рубеновичем в работу инвесткомитетов существующих фондов. Чего я опасаюсь – так это того, чтобы данный рынок не оказался слишком перегретым. Сейчас очень модно говорить о продвижении инноваций, и т. д. Тем более что и сверху, и снизу есть очень большое желание в этом направлении двигаться. Но если мы говорим о бизнесе, о том, как предприниматели будут на этом делать деньги, как развивать компании, это значит, что этим путем надо идти очень осторожно. И при наличии такого большого количества фондов с государственным участием рынок может быть перегрет, если наши фонды, скажем так, поторапливать.

Очень часто можно слышать, что фонды не так быстро инвестируют переданные им в доверительное управление средства, как хотелось бы, что было бы здорово, если бы они в течение года проинвестировали все, что им передала РВК и частные инвесторы. Но это тупиковый путь, я считаю, что надо крайне осторожно делать сделки. Самый важный момент – это не тот момент, когда принимается инвестиционное решение или перечисляются в компанию деньги. Основной момент – это как компанию выращивать после того, как ей вручены эти инвестиции; ее надо вырастить, потому что венчурный фонд имеет целью ее потом продать. С самого первого дня, как только предприниматель познакомился с венчурным фондом, венчурный фонд начинает думать о том, как эту компанию потом продать.

Поскольку людей, имеющих опыт множества таких сделок, не очень много, я думаю, что это как раз та тема, о которой наши фонды уже крепко задумались и по которой мы с ними больше всего общаемся. Как выращивать, как поддерживать портфельные компании и как готовиться к выходу.

Агамирзян. Ян Владимирович, можно, я на одну минутку вас прерву с совершенно конкретным вопросом? Не кажется ли вам, что в выращивании компании и участии фонда в управлении этой компанией для того, чтобы достичь оптимальности своей инвестиции, необходимо соблюдать баланс между вовлеченностью и обеспечением некоторого уровня самостоятельности компании? Я в последнее время наблюдаю – не буду конкретные примеры приводить, но видел это уже, пожалуй, пару раз – впечатление такое, что компания, получившая венчурную инвестицию, начинает на фонд полагаться (он же ее, дескать, совладелец, инвестор и т. д.) настолько, что, попросту говоря, теряет рыночную инициативу. С любой возникающей у нее проблемой, вместо того чтобы пытаться ее решать, как любая нормальная компания решала бы и искала бы какие-то пути эффективного поведения в бизнесе, вместо этого тут же прибегает в фонд и говорит: «Дайте мне еще денег, потому что если не дадите, я сдохну».

Рязанцев. Такой момент есть, причем это случается не только на российском рынке, это такая ловушка для инвесторов. Очень часто, когда фонд уже находится в компании (у каждой компании сложный период роста, и в этот трудный период всякое случается), основатели компании приходят и говорят: «Мы чуть-чуть промазали с бизнес-планом, нам нужно в пару раз больше денег», и т. д.

Что касается вовлеченности фонда в дела компании, я вообще думаю, что компания, в которой нет предпринимателя, причем не просто предпринимателя, а полностью мотивированного на успех этой компании, полностью вовлеченного, тратящего 28 часов в сутки на развитие этого бизнеса, – это не компания, это небольшой «кружок по интересам», из которого ничего не выйдет. Никакой венчурный фонд не заменит предпринимателя.

Более того, у фонда нет ресурсов, чтобы заменить предпринимателя. У фонда портфель компаний, фонд должен заниматься портфелем как целым; часть компаний он может предполагать списать, потому что ему надо добиться доходности портфеля как целого. Он не может заниматься каждой компанией как индивидуальным произведением искусства и тратить время своих дорогостоящих сотрудников на компанию. Но фонд, имея широкие связи и в инвестиционной среде, и в технологической, и в разных секторах, может и должен оказывать поддержку.

Если предприниматель предлагает какую-то адекватную схему, каким образом фонд может поддержать компанию, либо они находят такие направления в диалоге, то фонд вполне может, используя свои контакты в инвестиционной среде, поддержать усилия компании и по продвижению в общем смысле, и по наращиванию капитализации компании. Но это и понятно, потому что инвестиции фонда – это часть компании, и если большая часть портфеля будет списана, то у управляющих никакой перспективы поднять следующий фонд не будет.

Если происходит сбой с мотивацией, если у человека не хватает духа дальше поднимать эту компанию, то дела могут быть очень плохи, и, конечно, в компании, где нет достаточно мотивированной команды, продолжать делать инвестиции следующих раундов, особенно без какого-то дополнительного соинвестора, на мой взгляд, крайне рискованно. Особенно – для фондов РВК, где есть половина государственных денег. Каждый следующий шаг, каждый следующий раунд должен производиться с каким-либо участием частных соинвесторов, поскольку это резко увеличивает шансы всех акционеров поддержать эту компанию.

Агамирзян. Сергей, вы не хотите добавить что-нибудь?

Ромашов. Абсолютно согласен с Яном. Из практики нашей работы: мы делаем очень активным совет директоров компании. Фактически, на первый месяц, а то и на год с лишним, совет директоров у нас становится правлением компании. Но он не является операционным органом, в основном мы на советах директоров определяем стратегию, учим финансовой дисциплине и навыкам ведения бизнеса.

Безусловно, в первую очередь мы всегда смотрим на предпринимателя, на его предпринимательский заряд, на его видение рынков, и самый желанный для нас предприниматель – это тот, кто обладает при этом еще и нормальной управленческой культурой. Как минимум умеет считать, или смотреть, или создавать финансовые модели своего бизнеса, и по каждой позиции финансовой модели доходно-расходной части умеет нормально рассказать, как он это себе представляет. Это редкость, очень большая редкость. Поэтому то, чем различаются на первом этапе развития компании наши управляющие директора, – это управленческая культура.

Мы в первую очередь стараемся ввести в компаниях правильное финансовое управление, бюджетирование, сравнение «план – факт», стараемся вводить работу над ошибками. И, по нашей статистике, из компаний, которые у нас присутствуют в портфеле, – при том, что выбор предпринимателей, мы считаем, там был достаточно большим – предпринимательский заряд в компаниях нашего портфеля был очень высокий. Но культура управленческая, к сожалению, была даже у этих ребят не очень высокая. На сегодня данные по этим портфельным компаниям показывают, что их готовность учиться и применять эти методы управления в своей практике, составляет, наверное, 50 на 50. В принципе, процент, наверное, не пугающий, но все равно заставляющий очень серьезно задуматься.

С другой стороны, конечно, когда нам удается наладить такой диалог на уровне управления, мы стараемся расширять кругозор предпринимателя, потому что, как правило, компании, которыми мы занимаемся, ищут какую-то свою уникальную нишу на российском рынке. Для этого им нужно более широко понимать, каков механизм работы рынка, в который они хотят войти. И, как правило, этой культуры им не хватает, эрудиции тоже не хватает, и мы стараемся ее расширять, но узкое место для предпринимателя в том, что эти рынки у нас очень слабо артикулированы, плохо описаны, механизмы взаимодействия на них часто непонятны. Поэтому традиционные методы нероссийского предпринимательства или культуры управления не всегда у нас работают, многие вещи приходится находить интуитивно, идти по наитию. И это тоже очень серьезное ограничение в работе, но мы этот этап стараемся пройти вместе.

Мы никогда не вмешиваемся в операционную деятельность компании. Практически никто из предпринимателей не просил нас: «Дали деньги, вот теперь и управляйте». Как правило, все просили: «Отойдите в сторону, раз доверили; поставьте нам финучет, а дальше мы сами все знаем». Но, к сожалению, опять же отсутствие широкой эрудиции и нормальных навыков управления не позволяет привлечь крупные инвестиции, потому что, как правило, мы вкладывали в компании, которые до этого управляли небольшими деньгами. Мы, фактически, мультипликатор по управлению деньгами – им давали шесть, семь, а то и десять раз, и даже больше. Соответственно, такой качественный скачок в сознании, в управлении не все могли преодолеть. Но с нашей стороны осуществлялся плотный мониторинг, проявлялась абсолютная заинтересованность в том, чтобы это «не сваливалось с каната».

Агамирзян. А как вы считаете, хватает ли у вас самих экспертизы, чтобы ответить на любые вопросы, возникающие в компаниях? Или, если не хватает у себя, эту экспертизу можно ли сейчас найти у нас на рынке? Вы привлекаете внешних консультантов, например, для работы по планированию деятельности компании?

Ромашов. Да, конечно. Но своей экспертизы, наверное, на все сегменты, на все сектора сложно найти, у нас в портфеле есть компании из очень разных отраслей. Но общие методологические вещи по построению бизнеса, анализу рынков, внутренней организации компании, постановке управленческого учета, соотношению «план – факт» являются общими принципами, которые, безусловно, имеются в команде. Но существуют специфические отраслевые экспертизы, возникающие на стадии уже реализации планов компании, для проведения которых мы стараемся привлекать специалистов извне и зачастую находим эту экспертизу и с помощью РВК тоже.

Агамирзян. Спасибо. Я хочу передать слово Андрею Введенскому. Андрей является руководителем направления развития бизнеса в РВК и как раз очень хорошо понимает нынешнее состояние, инфраструктуру всего инновационного бизнеса и венчурных инвестиций, поскольку в течение последних нескольких месяцев руководил проектной командой внутри РВК, которая готовила запуск фонда посевных инвестиций РВК. Я думаю, ему есть что рассказать.

Введенский. Спасибо большое, Игорь Рубенович. Уважаемые коллеги, честно говоря, мне хотелось бы ответить на вопрос, который Игорь Рубенович задал управляющим компаниям: «Чего управляющие компании и наши партнеры на рынке хотят от РВК?» Нам кажется, что происходила и происходит эволюция ожиданий наших партнеров от РВК. Очевидно, что на первоначальном этапе нужны были только деньги. Впоследствии это трансформировалось в знания, теперь плавно перетекает в компетенцию и мудрость со стороны РВК, в которой нуждаются наши партнеры и управляющие компании. Мне кажется, что сейчас мы находимся на том этапе, когда мудрость РВК очень востребована и со стороны наших фондов, и со стороны независимых игроков на рынке. Мы стоим на пороге, по крайней мере в отношениях с нашими фондами, в которых мы принимаем участие, нового этапа эволюции ожиданий от РВК – это этап сохранения уверенности управляющих компаний в том, что впереди им будут всячески содействовать при сохранении их независимости как инвестиционных менеджеров.

К чему этот тезис? К тому, что мы прекрасно понимаем и потребности рынка, и реальные потребности наших партнеров. Наверное, очень важно, с точки зрения РВК, как рыночно-ориентированной компании, постоянно следить за тем, что действительно происходит, как себя чувствует каждый фонд, каждый управляющий директор, что происходит с портфельными компаниями.

И о чем идет речь в отношении сохранения спокойствия? Управляющие компании и каждый конкретный управляющий директор, руководство венчурного фонда, приняв решение об участии в конкурсном отборе РВК, в общем-то, совершило очень амбициозный поступок, который полностью соответствует слову «венчур», потому что не только сами инвестиции венчурные, но и весь этот проект в целом очень венчурный. Совершив такой рискованный шаг, люди поступили очень смело, и в какой-то момент времени им нужно помочь и дать понять, что мы всегда стоим за плечом.

Если возникает на рынке какая-то реальная потребность, которую ресурсами управляющей компании, управляющего директора решить невозможно, если существует какая-то системная востребованность в инструменте РВК, в какой-то ее программе, в этом случае РВК должна понимать, что ее участие необходимо не только потому, что это помогает управляющим компаниям решать каждодневные локальные задачи, но и потому, что обеспечивает весь успех проекта РВК.

Это нас сразу подводит к ответу на вопрос, должна ли РВК заниматься инфраструктурными проблемами? – Безусловно. Проводится постоянный анализ того, что действительно происходит на рынке, в чем реальная потребность в РВК. Основные положения новой стратегии компании были утверждены советом директоров, сегодня также были проведены детальные обсуждения по этому вопросу.

Стратегия компании предполагает три основных направления инфраструктурной деятельности. Первое – если очень кратко обозначить, это законодательные инициативы компании. В целом, если взять инновационную экономику и инновационную политику государства в отношении построения инновационной системы, мне кажется, что только сейчас это начинает приобретать системный подход. Потому что до этого, в силу отсутствия реальных инструментов решения инфраструктурных проблем, происходила, выражаясь медицинскими терминами, локализация каких-то воспалений. И, создав институты развития, такие как РВК, государство постаралось применить матрично-ориентированный подход в управлении инновационной системой. Наверное, это очень важно, потому что это один из самых эффективных механизмов управления. Будем ожидать, что такой подход даст положительные результаты и в части деятельности РВК.

В отношении законодательных инициатив, о которых я уже кратко обмолвился, РВК была проведена большая работа, и мы надеемся, что к концу этого года мы уже вынесем на обсуждение широких масс конкретные законопроекты, которые будут касаться, в частности, договора простого товарищества и модификации законодательства в части паевых инвестиционных фондов. Острая потребность во внесении изменений ощущается нами уже сейчас, и все наши партнеры, которые принимают участие в обсуждении новых инструментов, одним из которых является фонд посевных инвестиций, подтверждают такую необходимость.

Агамирзян. Андрей, можно я на минутку прерву, добавив обоснование к тому, о чем идет речь. На самом деле, это ведь верхушка айсберга – мы только царапнули по этой области. Реально нужны очень большие и, скорее всего, долгосрочные усилия по приведению нашей законодательно-нормативной базы в состояние, удобное для работы инновационного бизнеса в целом и механизма финансирования в частности.

Сошлюсь на разговор, который состоялся сегодня на совете директоров РВК при обсуждении вопросов об участии в международных программах и международных фондах, участии в глобальных рынках и глобализации российских инновационных индустрий и компаний. Я обозначил, что в идеале нужно было бы создать такую среду внутри нашей страны, чтобы наша юрисдикция была наиболее привлекательна для проведения инвестиций в инновационные компании. Я понимаю, что за год этого не сделать, и, скорее всего, и за десять лет сделать не удастся, но этим необходимо заниматься системно. А пока этого нет, мы должны использовать те инструменты, которые существуют внутри российской системы и на международных рынках.

И должен сказать, что эта позиция была абсолютно поддержана нашими руководителями и оценена Министром экономического развития Эльвирой Набиуллиной как амбициозная задача, к решению которой необходимо стремиться. Так что в данном случае это пример понимания того, что одним только законодательством о ЗПИФах или даже созданием адекватной организационно-правовой формы для малых фондов, аналогов LP, здесь не обойдешься. Здесь нужно провести действительно довольно большую и, самое главное, системную во всех отношениях работу, для того чтобы среда инновационного предпринимательства в целом в нашей стране была эффективной. Извините, что перебил.

Введенский. В продолжение вашего тезиса я хочу подтвердить, что РВК открыта для обсуждения любого рода инициатив и, более того, взаимодействует с институтами развития в сфере модернизации институциональной среды и, в частности, законодательных инициатив. Мы обсуждаем с институтами развития те направления, в которых нужно двигаться системно и единым фронтом. Подобная консолидация институтов развития иллюстрирует системный и единый подход к политике государства в этой области.

Одно из направлений, которое касается инфраструктурных действий РВК, Игорь Рубенович уже озвучил – это глобализация деятельности РВК и глобализация инновационной системы Российской Федерации. Со стороны РВК должны предприниматься меры и действия, которые будут этому всячески содействовать. Мы ставим это одним из ключевых приоритетов, потому что понимаем, что конкурентоспособная экономика, конкурентоспособная инновационная система, конкурентоспособные каждый конкретный фонд и каждая портфельная компания невозможны без взаимодействия с открытым рынком, где реальные условия, где лучшая практика. И если мы собираемся выводить какие-то компании на глобальный рынок, делать сейчас систему закрытой просто нецелесообразно. Это в итоге закончится коллапсом.

Действия по глобализации и по всяческой поддержке экспорта российских технологий, продукции российских компаний, выхода российских компаний на открытые международные рынки будут всячески поощряться РВК, точно так же, как иллюминация тех пустующих мест в инновационной системе, в технологических цепочках и в бытовых цепочках, которая существует в России за счет, так скажем, глобальной экспертизы и глобального рыночного предложения.

Еще одно серьезное направление, которым РВК будет заниматься, – развитие партнерских программ. Наверное, здесь имеет смысл уточнить один момент, что партнерские программы и построение партнерских сетей это скорее часть философии, чем просто направление деятельности РВК. Будучи горизонтально ориентированной структурой, РВК просто не способна донести до каждого конкретного потребителя какую-то инновационную идею, продукт или знание, экспертизу, которыми обладает фонд фондов и институт развития, без взаимодействия с представителями рынка, представителями инновационной системы, которая уже существует и которая должна появиться при нашем содействии или же с нашим участием.

Развитие партнерской программы – один из важнейших приоритетов. В качестве примера того, как это может работать в применении к конкретному инструменту, разрабатываемому РВК, назову фонд посевных инвестиций, фундаментальным отличием которого является ориентация на так называемых венчурных партнеров фонда посевных инвестиций, в компетенции которого будут входить поиск проектов, отбор, экспертиза структурирования сделки, поиск частного инвестора и только после этого взаимодействие с фондом посевных инвестиций, который будет непосредственно инвестировать в портфельную компанию, отобранную венчурным партнером. Это иллюстрация того, как философия партнерства может работать в отношении каждого конкретного финансового инструмента. Спасибо.

Агамирзян. Спасибо. Я к этому хочу добавить, что партнерство, как было совершенно справедливо сказано, должно быть по всем направлениям, и что венчурные партнеры, инвестиционные партнеры для нас очевидным образом очень важны и приоритетны, но важны и приоритетны и партнеры другого типа.

Сегодня начало нашего круглого стола задержалось в связи с тем, что мы занимались подписанием партнерского соглашения с РАВИ, совместно с РосНано, о поддержке проекта портала «Венчурная Россия» (www.allventure.ru), который должен явиться значимой информационной площадкой для всего венчурного сообщества. Вообще, я сам, по своему опыту и по убеждениям, очень верю в то, что называют «networking», для чего даже термина адекватного у нас нет, – построение сетей взаимодействия, партнерства, сообществ.

Для этого, в общем, за последние годы даже хорошие инструменты появились. Социальные сети ведь не на пустом месте получили такое распространение в мире и в самой России. Эти инструменты нужно сейчас использовать по максимуму, особенно в масштабе нашей страны, которая отличается от большинства европейских стран своей географической протяженностью, и мероприятия, такие как сегодняшний Венчурный Форум, невозможно проводить каждый день, как и невозможно обеспечить присутствие на них всех, занятых в инновационной индустрии нашей страны.

По поводу инструментария построения самых разных сетей и сообществ, в частности, сообщества инвестиционного и, что для меня еще более важно, сообщества экспертного. Знаете, есть такое хорошее высказывание – я возвращаюсь к теме экспертизы – что феномен Силиконовой Долины в значительной мере состоялся потому, что это место, где можно эксперта по любому вопросу найти в десятиминутной дистанции от своего дома. У нас, к сожалению, честно признаемся, это не так, поэтому нужно эти сети выращивать, благо современные технологии позволяют достигать этого не методом поселения всех вместе в одной какой-нибудь конкретной «долине», а методом построения сетевого сообщества, информационной сети. И за последние несколько месяцев мы получили довольно позитивную, с нашей точки зрения, наработку в этом направлении.

Важную роль здесь может сыграть российская технологическая диаспора – соотечественники за рубежом, работающие в технологическом бизнесе и достигнувшие там того уровня, который позволяет им концентрироваться уже не на краткосрочных своих интересах, а на более долгосрочных, связанных, зачастую, с сотрудничеством со своей родной страной. Мы знаем примеры, когда люди русского происхождения, работающие на предпринимательской стороне, и особенно в крупных корпорациях, «доросшие» до уровня вице-президентов, не просто проявляют заинтересованность, а ведут совершенно конкретные проекты в России. Они часто влияют на принятие инвестиционных решений в своих корпорациях, для того чтобы то или иное направление делать с использованием российских специалистов и технологий либо непосредственно компаний, и т.д.

Мы сейчас начали работу в направлении создания некоего сообщества, «совета соотечественников», если угодно, рядом с РВК, в качестве носителей совершенно бесценной экспертизы в том, как строится технологический бизнес, одновременно ментально понимающих бизнес российский, менталитет людей здесь. Повторяю, эта работа сейчас находится на самом начальном этапе, но она тоже одобрена в рамках нашей стратегии. И, так как до сих пор никто из тех, с кем мы разговаривали, в этом участвовать не отказывался, а таких контактов и разговоров было уже достаточное количество, я думаю, что она получит свое развитие. Ян Владимирович, вы хотите что-нибудь добавить?

Рязанцев. Ну, если можно, я чуть-чуть коснусь инструментария, который будет использоваться для реализации этих планов, не только инвестиционных, но и инфраструктурных.

Я бы сказал, что РВК вчера, причем буквально вчера, и РВК сегодня – это две абсолютно разные компании. Сегодняшние решения совета директоров о принятии за основу разработанную стратегию и принятии новой версии инвестиционной политики РВК делают из компании, которая пока была больше похожа на небольшое такое ведомство с очень ограниченным в своей работе инструментарием, абсолютно рыночно ориентированную компанию. Компанию, которая не просто определяет для себя два инструмента, типа паевых фондов и депозитов, и этим список заканчивается, а следует подходу, при котором РВК доступны практически все инструменты, которые предлагает и будет предлагать рынок. Прежде всего, развитый, глобальный рынок и те правила и обычаи, которые сложились на этом рынке, особенно в тех странах, где венчурный сектор показал свой бурный рост.

В частности, кроме инвестиций в паевые инвестиционные фонды также могут быть рассмотрены программы, которые включают в себя более сложно структурированные сделки по созданию специализированных фондов с узкой отраслевой направленностью инвестиционного фокуса. Это также инвестиционные фонды поздних стадий.

Один из примеров такой модификации, которая произошла летом и в сентябре этого года, – создание фонда посевных инвестиций. Я могу сказать, что это очень серьезный прорыв с инструментальной точки зрения, поскольку фонд посевных инвестиций будет создан в виде общества с ограниченной ответственностью, что для этого очень сложного участка работы позволяет самым разнообразным способом структурировать сделки, в том числе, не накладывается каких-то дополнительных ограничений на структуру активов такого фонда. Такой фонд может покупать разное количество акций или долей в портфельных компаниях, может создавать очень удобные для частных инвесторов опционные схемы и осуществлять сделки по дополнительному инвестированию в эти компании.
В данном случае, в акционерных соглашениях в ООО могут участвовать и паевые инвестиционные фонды, но то, что посевной фонд не обязан соблюдать чуждые для посевного сектора требования, это очень важно. И главное здесь – обеспечить удобство работы с посевным фондом в смысле структурирования сделок для частных инвесторов и предпринимателей.

Я думаю, что это очень большой шаг вперед, и также я думаю, что очень хорошо, что наличие у посевного фонда двойного налогообложения не остановило совет директоров, и было решено, что это цена, которую стоит заплатить за то, чтобы создать гибкие инструменты. Я очень надеюсь, что в дальнейшем РВК будет применять инвестиционные инструменты, очень понятные и очень близкие рынку, инвесторам, и в том числе международным.

Агамирзян. Спасибо большое, Ян Владимирович. Я должен сообщить, что у нас время уже катастрофически подходит к концу, мы его уже формально перебрали. Тем не менее, я думаю, мы можем позволить себе ответить на два-три вопроса из зала и на этом закончить круглый стол.

Вопрос: Фонд содействия развитию венчурных инвестиций в малые предприятия в научно-технической сфере Волгоградской области. Вы говорили про выход на глобальные рынки, глобализацию. Я хотела бы попросить вас осветить свою позицию в отношении развития регионов.

Агамирзян. Спасибо большое, это абсолютно правильный вопрос. Прошу прощения, что мы совсем на этом не остановились, действительно, у нас предусмотрены компоненты региональной политики. При этом нужно понимать и не путать, что региональные венчурные фонды и фонды с участием РВК – это две разные вещи, мы не управляем ими. Тем не менее у нас взаимодействие с регионами идет по очень многим направлениям, начиная с учебных программ, что тоже входит в одно из основных направлений деятельности РВК, и заканчивая соглашениями по поиску и подбору проектов. Кто-нибудь хочет на эту тему подробнее сказать?

Введенский. Я думаю, затрону один момент. По нашему мнению, фонд посевных инвестиций, в частности, просто не будет работать без присоединения региональных представителей. Мы прекрасно понимаем, что в рамках Садового Кольца можно найти определенное количество проектов. Но, по всей видимости, фонда посевных инвестиций может хватить и на большее. Мы, конечно, понимаем, что один фонд посевных инвестиций, созданный РВК, – это лишь пилотный механизм, таких фондов должно быть несколько, не только с участием РВК, и мы видим самую непосредственную роль регионов в работе с таким фондом. И региональные представители в лице венчурных партнеров, а такими венчурными партнерами, вполне возможно, могут выступать фонды и региональные агентства, могут обеспечить работу этой партнерской сети фонда. Я думаю, мы можем обсудить это чуть позже.
Фияксель. Как вы хотите взаимодействовать с региональными ассоциациями бизнес-ангелов?

Введенский. Я думаю, что лучшим примером эффективной работы может быть совместная работа над каким-то проектом. Это будет проявление как раз того результата, которого все хотят достигнуть. Это с точки зрения бизнеса. С точки зрения партнерства, я думаю, что мы можем вступить во взаимодействия и проработать вопрос о том, как имеет смысл строить наше сотрудничество, в том числе в отношении того, как строить региональную политику РВК. Взаимодействие с вами может стать примером того, как мы будем строить взаимоотношения с другими ассоциациями бизнес-ангелов в других регионах.

Агамирзян. Я хочу к этому добавить, что, когда разрабатывалась партнерская модель фонда посевных инвестиций, основной задачей ставилось, чтобы модель была, во-первых, масштабируемая, а во-вторых, не устанавливала слишком сильных ограничений и слишком высокого порога для венчурных партнеров. С одной стороны, понятно – это классическая задача: нужно найти механизм отсечения «городских сумасшедших», а с другой стороны, важно не сделать его таким, чтобы в этом не могли участвовать, так сказать, люди приличные, но не обладающие супербольшим ресурсом – финансовым, административным и т. д.

Сегодня там найден такой баланс, и венчурным партнером, в принципе, может стать и конкретное физическое лицо, бизнес-ангел, либо группа бизнес-ангелов, либо ассоциация. В то же время им может стать и официальная структура, создаваемая при руководстве региона, или при крупном научном центре Академии Наук, или при крупном университете, и т. д., и т. п. То есть, это очень диверсифицированная в этом отношении партнерская программа. И я думаю, что, как раз с проектной точки зрения, ассоциации и даже неформальные группы бизнес-ангелов могут стать прекрасным инструментом в качестве венчурных партнеров для фонда посевных инвестиций.

Большое спасибо за интерес, большое спасибо всем выступавшим за их выступления, и будем сотрудничать, мы абсолютно открыты. Надеюсь, будем еще встречаться неоднократно. Спасибо большое!

 


 

Комментарии

События: Полный список
 
22:35 13.01.2010

Глава РОСНАНО сообщил, что корпорация окажет поддержку бизнес-ангелам.

22:25 23.01.2010

Подготовлено около двух десятков проектов, которые могут претендовать на инвестиции из РОСНАНО и Новосибирского областного венчурного фонда.

12:30 22.01.2010

Сервис монетизации валюты для социальных сетей gWallet запустил свой венчурный фонд gWallet Ventures, который займется поиском перспективных разработчиков игр для социальных сетей.

12:15 22.01.2010

России необходимо внедрять инновации во все сферы экономики: "мы должны создать такую систему, где везде будут внедряться инновации", - сказал вице-премьер, министр финансов РФ Алексей Кудрин, выступая на конференции "Россия и мир".

11:35 22.01.2010

20 января 2010 года состоялось заседание Комиссии Фонда посевных инвестиций по регистрации Венчурных партнеров. В результате ее работы было принято положительное решение по заявкам на регистрацию от шести компаний.

Мероприятия: Предстоящие
 
01.11.2009 — 30.01.2010

Компания «Альт-Инвест» и портал «Корпоративный менеджмент» приглашают принять участие в Конкурсе и продемонстрировать свой профессионализм в разработке бизнес-планов.

Приз за 1ое место - ноутбук с установленной программой «Альт-Инвест 6 Сумм»